В славную эпоху слипшихся макарон девяностых и конфет вместо зарплаты я жила небедным детством, наполненным её историями. Конечно, мне, маленькой, было интереснее всего слушать о бабушкиных детских годах. И в те мгновения за гофрированным временем лицом можно было разглядеть девочку, которую называли просто Нилкой. — Что, может, хочешь жизненную историю? — бабушка Нила, которая лечит головную боль маленькой рюмочкой коньяка, а простуду настойкой прополиса, начинала разговор о своей жизни. Как шестнадцатилетней грузила немецкие бомбы на аэродроме возле села, а после войны в самодельной куртке из немецкого флага поступила в техникум и стала лучшей студенткой. Как примерзла спиной к стене обледенелого общежития, крала дрова из военной части, останавливала поезд бутылкой самогона и училась выживать в бедности. И как её жизнь изменила первая любовь. Любовь в письмах. Это история всего поколения «военной молодежи», которое встречает нас на крыльцах стареньких домов и обнимает усталыми, старческими руками. Успеть бы услышать все их жизненные истории…